В новом году все по-старому

Переходное состояние в стране. Вроде бы праздник уже прошел, а выходные–то, они до десятого...

 Для русского человека нет ничего удивительного, когда третьего января в восемь часов утра его поздравляют с Новым Годом. Причем эти самые поздравляющие могут лежать прямо в снегу, и приходится буквально через них прыгать.

 Я при виде этого был более хладнокровен, нежели моя собака, она определенно была в недоумении.

Дальше было еще интереснее.

 Я пошел в магазин за сигаретами. Ну как в магазин, в ларек. Мне открыли маленькое окошечко, мужчина дыхнул на меня чем - то явно выпитым, но не закусанным и уверенно, не выговаривая четко все согласные и  растягивая гласные, сказал: "говорите".

 Я растерялся. Такого я не видел никогда. В помещении, которое размером ничуть не больше средней туалетной комнаты было пять человек, естественно они не растерялись и поздравили меня с Новым Годом.

Женщина в углу, есть у меня подозрения, что это она продавщица, потому что до этого дня ею была именно она, даже предложила мне выпить. Я вежливо отказался, на секунду задумался, насколько сильно я хочу курить, пришел к выводу, что все-таки сильно и спросил пачку "Winston". Мне дали "русский стиль", наверное, мужчина был патриот. Но я особо не расстроился, поскольку на все мои попытки оплатить эту пачку мне ответили категорическим отказом.

После этого я дошел до дома.

Я, моя собака и мой сосед с пятого этажа (до этого дня я не подозревал о его существовании) зашли в лифт. На пятом этаже лифт не открыл двери и перестал реагировать на любые действия с нашей стороны.

Я нажал на кнопку соединения с диспетчером, ответил на ее вопросы, и она обещала, что нас выпустят через 30 минут.

Если вы еще не догадались, дядя Саша, как он мне сам представился, в половину девятого утра, еле стоял на ногах.

Он, в принципе также как и все, поздравил меня «с наконец-таки наступившим». Почти все остальное время он  молчал.

Правда, он хотел покурить, но я упорно его отговаривал.

Минут за десять до того как нас все-таки выпустили, что произошло через час пятнадцать, а совсем не через полчаса, дядя Саша решил позвонить.

 Он позвонил за это время всем, кто был в его телефонной книжке и рассказал о том, что он «в лифтяре застрял и вот так и сидит».

Наконец-то нас выпустили.

Я еще никогда не видел мою собаку такой счастливой.

Переступив порог квартиры, я подвел итог этого утра и решил, что в следующий раз выйду на улицу только числа шестого.